Тексты песен | Гороскопы | Анекдоты | Аудиокниги | Загадки | Классика в оригинале | Параллельные тексты | Умные мысли | Частые ошибки студентов | Словари | Копилка | Идиомы | Английские афоризмы | Английские пословицы и поговорки | Синонимы

Параллельные тексты

THE MEXICAN - Мексиканец

by Jack London

Обсудить на форуме

III

After hurrying and scurrying, much telephoning and bad language, a night session was held in Kelly's office. Kelly was rushed with business; also, he was unlucky. He had brought Danny Ward out from New York, arranged the fight for him with Billy Carthey, the date was three weeks away, and for two days now, carefully concealed from the sporting writers, Carthey had been lying up, badly injured. There was no one to take his place. Kelly had been burning the wires East to every eligible lightweight, but they were tied up with dates and contracts. And now hope had revived, though faintly.

После спешки, суматохи, бесконечных телефонных разговоров и перебранки в конторе Келли происходило ночное совещание. Дел у Келли было выше головы; к тому же ему не повезло. Три недели назад он привез из Нью-Йорка Дэни Уорда, чтобы устроить ему встречу с Биллом Карти, но Карти вот уже два дня как лежит со сломанной рукой, что тщательно скрывается от спортивных репортеров. Заменить его некем. Келли засыпал телеграммами легковесов Запада, но все они были связаны выступлениями и контрактами. А сейчас опять вдруг забрезжила надежда, хотя и слабая.

"You've got a hell of a nerve," Kelly addressed Rivera, after one look, as soon as they got together.

Hate that was malignant was in Rivera's eyes, but his face remained impassive.

"I can lick Ward," was all he said.

"How do you know? Ever see him fight?"

Rivera shook his head.

"He can beat you up with one hand and both eyes closed."

Rivera shrugged his shoulders.

"Haven't you got anything to say?" the fight promoter snarled.

"I can lick him."

– Ну, ты, видно, не робкого десятка, – едва взглянув на Риверу, сказал Келли.

Злоба и ненависть горели в глазах Риверы, но лицо его оставалось бесстрастным.

– Я побью Уорда. – Это было все, что он сказал.

– Откуда ты знаешь? Видел ты когда-нибудь, как он дерется?

Ривера молчал.

– Да он положит тебя одной рукой, с закрытыми глазами!

Ривера пожал плечами.

– Что, у тебя язык присох, что ли? – пробурчал директор конторы.

– Я побью его.

"Who'd you ever fight, anyway!" Michael Kelly demanded. Michael was the promotor's brother, and ran the Yellowstone pool rooms where he made goodly sums on the fight game.

Rivera favored him with a bitter, unanswering stare.

The promoter's secretary, a distinctively sporty young man, sneered audibly.

– А ты когда-нибудь с кем-нибудь дрался? – осведомился Майкл Келли.

Майкл, брат директора, держал тотализатор в "Иеллоустоуне" и зарабатывал немало денег на боксерских встречах.

Ривера в ответ удостоил его только злобным взглядом.

Секретарь, молодой человек спортивного вида, громко фыркнул.

"Well, you know Roberts," Kelly broke the hostile silence. "He ought to be here. I've sent for him. Sit down and wait, though f rom the looks of you, you haven't got a chance. I can't throw the public down with a bum fight. Ringside seats are selling at fifteen dollars, you know that."

– Ладно, ты знаешь Робертса? – Келли первый нарушил неприязненное молчание, – Я за ним послал. Он сейчас придет. Садись и жди, хотя по виду у тебя нет никаких шансов. Я не могу надувать публику. Ведь первые ряды идут по пятнадцати долларов.

When Roberts arrived, it was patent that he was mildly drunk. He was a tall, lean, slack-jointed individual, and his walk, like his talk, was a smooth and languid drawl. Kelly went straight to the point.

Появился Робертс, явно подвыпивший. Это был высокий, тощий человек с несколько развинченной походкой и медлительной речью. Келли без обиняков приступил к делу.

"Look here, Roberts, you've been bragging you discovered this little Mexican. You know Carthey's broke his arm. Well, this little yellow streak has the gall to blow in to-day and say he'll take Carthey's place. What about it?"

– Слушайте, Робертс, вы хвастались, что открыли этого маленького мексиканца. Вам известно, что Карти сломал руку. Так вот, этот мексиканский щенок нахально утверждает, что сумеет заменить Карти. Что вы на это скажете?

"It's all right, Kelly," came the slow response. "He can put up a fight."

"I suppose you'll be sayin' next that he can lick Ward," Kelly snapped.

Roberts considered judicially.

"No, I won't say that. Ward's a top-notcher and a ring general. But he can't hashhouse Rivera in short order. I know Rivera. Nobody can get his goat. He ain't got a goat that I could ever discover. And he's a two-handed fighter. He can throw in the sleep-makers from any position."

– Все в порядке, Келли, – последовал неторопливый ответ. – Он может драться.

– Вы, пожалуй, скажете еще, что он побьет Уорда? – съязвил Келли.

Робертс немного поразмыслил.

– Нет, этого я не скажу. Уорд – классный боец, король ринга. Но в два счета расправиться с Риверой он не сможет. Я Риверу знаю. Это человек без нервов, и он одинаково хорошо работает обеими руками. Он может послать вас на пол с любой позиции.

"Never mind that. What kind of a show can he put up? You've been conditioning and training fighters all your life. I take off my hat to your judgment. Can he give the public a run for its money?"

– Все это пустяки. Важно, сможет ли он угодить публике! Вы растили и тренировали боксеров всю свою жизнь. Я преклоняюсь перед вашим суждением. Но публика за свои деньги хочет получить удовольствие. Сумеет он ей его доставить?

"He sure can, and he'll worry Ward a mighty heap on top of it. You don't know that boy. I do. I discovered him. He ain't got a goat. He's a devil. He's a wizzy-wooz if anybody should ask you. He'll make Ward sit up with a show of local talent that'll make the rest of you sit up. I won't say he'll lick Ward, but he'll put up such a show that you'll all know he's a comer."

– Безусловно, и вдобавок здорово измотает Уорда. Вы не знаете этого мальчика, а я знаю. Он – мое открытие. Человек без нервов! Сущий дьявол! Уорд еще ахнет, познакомившись с этим самородком, а заодно ахнете и вы все. Я не утверждаю, что он побьет Уорда, но он вам такое покажет! Это восходящая звезда.

"All right." Kelly turned to his secretary. "Ring up Ward. I warned him to show up if I thought it worth while. He's right across at the Yellowstone, throwin' chests and doing the popular."

Kelly turned back to the conditioner. "Have a drink?"

Roberts sipped his highball and unburdened himself.

– Отлично. – Келли обратился к своему секретарю: – Позвоните Уорду. Я его предупредил, что если найду что-нибудь подходящее, то позову его. Он сейчас недалеко, в "Иеллоустоуне"; щеголяет там перед публикой и зарабатывает себе популярность.

 – Келли повернулся к тренеру: – Хотите выпить?

Робертс отхлебнул виски и разговорился:

"Never told you how I discovered the little cuss. It was a couple of years ago he showed up out at the quarters. I was getting Prayne ready for his fight with Delaney. Prayne's wicked. He ain't got a tickle of mercy in his make-up. I chopped up his pardner's something cruel, and I couldn't find a willing boy that'd work with him. I'd noticed this little starved Mexican kid hanging around, and I was desperate. So I grabbed him, shoved on the gloves and put him in. He was tougher'n rawhide, but weak. And he didn't know the first letter in the alphabet of boxing. Prayne chopped him to ribbons. But he hung on for two sickening rounds, when he fainted. Starvation, that was all. Battered! You couldn't have recognized him. I gave him half a dollar and a square meal. You oughta seen him wolf it down. He hadn't had the end of a bite for a couple of days. That's the end of him, thinks I. But next day he showed up, stiff an' sore, ready for another half and a square meal. And he done better as time went by. Just a born fighter, and tough beyond belief. He hasn't a heart. He's a piece of ice. And he never talked eleven words in a string since I know him. He saws wood and does his work."

– Я еще не рассказывал вам, как я открыл этого мальца. Года два назад он появился в тренировочных залах. Я готовил Прэйна к встрече с Дилэни. Прэйн – человек злой. Снисхождения ждать от него не приходится. Он изрядно отколошматил своего партнера, и я никак не мог найти человека, который бы по доброй воле согласился работать с ним. Положение было отчаянное. И вдруг попался мне на глаза этот голодный мексиканский парнишка, который вертелся у всех под ногами. Я зацапал его, надел ему перчатки и пустил в дело. Выносливый – как дубленая кожа, но сил маловато. И ни малейшего понятия о правилах бокса. Прэйн сделал из него котлету. Но он хоть и чуть живой, а продержался два раунда, прежде чем потерять сознание. Голодный – вот и все. Изуродовали его так, что мать родная не узнала бы. Я дал ему полдоллара и накормил сытным обедом. Надо было видеть, как он жрал! Оказывается, у него два дня во рту маковой росинки не было. Ну, думаю, теперь он больше носа не покажет. Не тут-то было. На следующий день явился – весь в синяках, но полный решимости еще раз заработать полдоллара и хороший обед. Со временем он здорово окреп. Прирожденный боец и вынослив невероятно! У него нет сердца. Это кусок льда. Сколько я помню этого мальчишку, он ни разу не произнес десяти слов подряд.

"I've seen 'm," the secretary said. "He's worked a lot for you."

"All the big little fellows has tried out on him," Roberts answered. "And he's learned from 'em. I've seen some of them he could lick. But his heart wasn't in it. I reckoned he never liked the game. He seemed to act that way."

"He's been fighting some before the little clubs the last few months," Kelly said.

– Я его знаю, – заметил секретарь. – Он немало для вас поработал.

– Все наши знаменитости пробовали себя на нем, – подтвердил Робертс. – И он все у них перенял. Я знаю, что многих из них он мог бы побить. Но сердце его не лежит к боксу. По-моему, он никогда не любил нашу работу. Так мне кажется.

– Последние месяцы он выступал по разным мелким клубам, – сказал Келли.

"Sure. But I don't know what struck 'm. All of a sudden his heart got into it. He just went out like a streak and cleaned up all the little local fellows. Seemed to want the money, and he's won a bit, though his clothes don't look it. He's peculiar. Nobody knows his business. Nobody knows how he spends his time. Even when he's on the job, he plumb up and disappears most of each day soon as his work is done. Sometimes he just blows away for weeks at a time. But he don't take advice. There's a fortune in it for the fellow that gets the job of managin' him, only he won't consider it. And you watch him hold out for the cash money when you get down to terms."

– Да. Не знаю, что его заставило. Или, может быть, вдруг ретивое заговорило? Он многих за это время побил. Скорей всего ему нужны деньги: и он неплохо подработал, хотя по его одежде это и незаметно. Странная личность! Никто не знает, чем он занимается, где проводит время. Даже когда он при деле, и то – кончит работу и сразу исчезнет. Временами пропадает по целым неделям. Советов он не слушает. Тот, кто станет его менеджером, наживет капитал; да только с ним не столкуешься. Вы увидите, этот мальчишка будет домогаться всей суммы, когда вы заключите с ним договор.

It was at this stage that Danny Ward arrived. Quite a party it was. His manager and trainer were with him, and he breezed in like a gusty draught of geniality, good-nature, and all-conqueringness. Greetings flew about, a joke here, a retort there, a smile or a laugh for everybody. Yet it was his way, and only partly sincere. He was a good actor, and he had found geniality a most valuable asset in the game of getting on in the world. But down underneath he was the deliberate, cold-blooded fighter and business man. The rest was a mask. Those who knew him or trafficked with him said that when it came to brass tacks he was Danny-on-the-Spot. He was invariably present at all business discussions, and it was urged by some that his manager was a blind whose only function was to serve as Danny's mouth-piece.

В эту минуту прибыл Дэнни Уорд. Это было торжественно обставленное появление. В сопровождении менеджера и тренера он ворвался, как всепобеждающий вихрь добродушия и веселья. Приветствия, шутки, остроты расточались им направо и налево, улыбка находилась для каждого. Такова уж была его манера – правда, не совсем искренняя. Уорд был превосходный актер и добродушие считал наилучшим приемом в игре преуспеяния. По существу, это был осмотрительный, хладнокровный боксер и бизнесмен. Остальное было маской. Те, кто знал его или имел с ним дело, говорили, что в денежных вопросах этот малый – жох! Он самолично участвовал в обсуждении всех дел, и поговаривали, что его менеджер не более как пешка.

Rivera's way was different. Indian blood, as well as Spanish, was in his veins, and he sat back in a corner, silent, immobile, only his black eyes passing from face to face and noting everything.

"So that's the guy," Danny said, running an appraising eye over his proposed antagonist. "How de do, old chap."

Ривера был иного склада. В жилах его, кроме испанской, текла еще и индейская кровь; он сидел, забившись в угол, молчаливый, неподвижный, и только его черные глаза, перебегая с одного лица на другое, видели решительно все.

– Так вот он! – сказал Дэнни, окидывая испытующим взглядом своего предполагаемого противника. – Добрый день, старина!

Rivera's eyes burned venomously, but he made no sign of acknowledgment. He disliked all Gringos, but this Gringo he hated with an immediacy that was unusual even in him.

"Gawd!" Danny protested facetiously to the promoter. "You ain't expectin' me to fight a deef mute." When the laughter subsided, he made another hit. "Los Angeles must be on the dink when this is the best you can scare up. What kindergarten did you get 'm from?"

Глаза Риверы пылали злобой, и на приветствие Дэнни он даже не ответил. Он терпеть не мог всех гринго, но этого ненавидел лютой ненавистью.

– Вот это да! – шутливо обратился Дэнни к менеджеру. – Уж не думаете ли вы, что я буду драться с глухонемым? – Когда смех умолк, он сострил еще раз: – Видно, Лос-Анджелес здорово обеднел если это – лучшее, что вы могли откопать. Из какого детского сада вы его взяли?

"He's a good little boy, Danny, take it from me," Roberts defended. "Not as easy as he looks."

"And half the house is sold already," Kelly pleaded. "You'll have to take 'm on, Danny. It is the best we can do."

Danny ran another careless and unflattering glance over Rivera and sighed.

"I gotta be easy with 'm, I guess. If only he don't blow up."

Roberts snorted.

– Он славный малый, Дэнни, верь мне! – примирительно сказал Робертс. – И с ним не так легко справиться, как ты думаешь.

– Кроме того, половина билетов уже распродана, – жалобно протянул Келли. – Придется тебе пойти на это, Дэнни. Ничего лучшего мы сыскать не могли.

Дэнни еще раз окинул Риверу пренебрежительным взглядом и вздохнул.

– Придется мне с ним полегче. А то как бы сразу дух не испустил.

Робертс фыркнул.

"You gotta be careful," Danny's manager warned. "No taking chances with a dub that's likely to sneak a lucky one across."

"Oh, I'll be careful all right, all right," Danny smiled. "I'll get in at the start an' nurse 'im along for the dear public's sake. What d' ye say to fifteen rounds, Kelly – an' then the hay for him?"

"That'll do," was the answer. "As long as you make it realistic."

– Потише, потише, – осадил Дэнни менеджер. – С неизвестным противником всегда можно нарваться на неприятность.

– Ладно, ладно, я это учту, – улыбнулся Дэнни. – Я готов сначала понянчиться с ним для удовольствия почтеннейшей публики. Как насчет пятнадцати раундов, Келли?.. А потом устроить ему нокаут!

– Идет, – последовал ответ. – Только чтобы публика приняла это за чистую монету.

"Then let's get down to biz." Danny paused and calculated. "Of course, sixty-five per cent of the gate receipts, same as with Carthey. But the split'll be different. Eighty will just about suit me." And to his manager, "That right?"

The manager nodded.

"Here, you, did you get that?" Kelly asked Rivera.

Rivera shook his head.

– Тогда перейдем к делу. – Дэнни помолчал, мысленно производя подсчет. – Разумеется, шестьдесят пять процентов валового сбора, как и с Карта. Но делиться будем по-другому. Восемьдесят процентов меня устроят. – Он обратился к менеджеру: – Подходяще?

Тот одобрительно кивнул.

– Ты понял? – обратился Келли к Ривере.

Ривера покачал головой.

"Well, it is this way," Kelly exposited. "The purse'll be sixty-five per cent of the gate receipts. You're a dub, and an unknown. You and Danny split, twenty per cent goin' to you, an' eighty to Danny. That's fair, isn't it, Roberts?"

"Very fair, Rivera," Roberts agreed.

"You see, you ain't got a reputation yet."

"What will sixty-five per cent of the gate receipts be?" Rivera demanded.

– Так вот слушай, – сказал Келли. – Общая сумма составит шестьдесят пять процентов со сбора. Ты начинающий, и никто тебя не знает. С Дэнни будете делиться так: восемьдесят процентов ему, двадцать тебе. Это справедливо. Верно ведь, Робертс?

– Вполне справедливо, Ривера, – подтвердил Робертс.

– Ты же еще не составил себе имени.

– Сколько это, шестьдесят пять процентов со сбора? – осведомился Ривера.

"Oh, maybe five thousand, maybe as high as eight thousand," Danny broke in to explain. "Something like that. Your share'll come to something like a thousand or sixteen hundred. Pretty good for takin' a licking from a guy with my reputation. What d' ye say?"

– Может, пять тысяч, а может, даже и все восемь, – поспешил пояснить Дэнни. – Что-нибудь в этом роде. На твою долю придется от тысячи до тысячи шестисот долларов. Очень недурно за то, что тебя побьет боксер с моей репутацией. Что скажешь на это?

Then Rivera took their breaths away. "Winner takes all," he said with finality.

A dead silence prevailed.

"It's like candy from a baby," Danny's manager proclaimed.

Danny shook his head.

"I've been in the game too long," he explained.

Тогда Ривера их ошарашил. – Победитель получит все, – решительно сказал он.

Воцарилась мертвая тишина.

– Вот это да! – проговорил наконец менеджер Уорда.

Дэнни покачал головой.

– Я стреляный воробей, – сказал он.

"I'm not casting reflections on the referee, or the present company. I'm not sayin' nothing about book-makers an' frame-ups that sometimes happen. But what I do say is that it's poor business for a fighter like me. I play safe. There's no tellin'. Mebbe I break my arm, eh? Or some guy slips me a bunch of dope?" He shook his head solemnly. "Win or lose, eighty is my split. What d' ye say, Mexican?"

– Я не подозреваю судью или кого-нибудь из присутствующих. Я ничего не говорю о букмекерах и о всяких надувательствах, что тоже иногда случается. Одно могу сказать: меня это не устраивает. Я играю наверняка. А кто знает – вдруг я сломаю руку, а? Или кто-нибудь опоит меня? – Он величественно вскинул голову. – Победитель или побежденный – я получаю восемьдесят процентов. Ваше мнение, мексиканец?

Rivera shook his head.

Danny exploded. He was getting down to brass tacks now.

"Why, you dirty little greaser! I've a mind to knock your block off right now."

Roberts drawled his body to interposition between hostilities.

"Winner takes all," Rivera repeated sullenly.

"Why do you stand out that way?" Danny asked.

"I can lick you," was the straight answer.

Ривера покачал головой.

Дэнни взорвало, и он заговорил уже по-другому:

– Ладно же, мексиканская собака! Теперь-то уж мне захотелось расколотить тебе башку.

Робертс медленно поднялся и стал между ними.

– Победитель получит все, – угрюмо повторил Ривера.

– Почему ты на этом настаиваешь? – спросил Дэнни.

– Я побью вас.

Danny half started to take off his coat. But, as his manager knew, it was a grand stand play. The coat did not come off, and Danny allowed himself to be placated by the group. Everybody sympathized with him. Rivera stood alone.

"Look here, you little fool," Kelly took up the argument. "You're nobody. We know what you ve been doing the last few months – putting away little local fighters. But Danny is class. His next fight after this will be for the championship. And you're unknown. Nobody ever heard of you out of Los Angeles."

Дэнни начал было снимать пальто. Его менеджер знал, что это только комедия. Пальто почему-то не снималось, и Дэнни милостиво разрешил присутствующим успокоить себя. Все были на его стороне. Ривера остался в полном одиночестве.

– Послушай, дуралей, – начал доказывать Келли. – Кто ты? Никто! Мы знаем, что в последнее время ты побил нескольких местных боксеров – и все. А Дэнни – классный боец. В следующем выступлении он будет оспаривать звание чемпиона. Тебя публика не знает. За пределами Лос-Анджелеса никто и не слыхал о тебе.

"They will," Rivera answered with a shrug, "after this fight."

"You think for a second you can lick me?" Danny blurted in.

Rivera nodded.

"Oh, come; listen to reason," Kelly pleaded. "Think of the advertising."

"I want the money," was Rivera's answer.

"You couldn't win from me in a thousand years," Danny assured him.

"Then what are you holdin' out for?" Rivera countered. "If the money's that easy, why don't you go after it?"

– Еще услышат, – пожав плечами, отвечал Ривера, – после этой встречи.

– Неужели ты хоть на секунду можешь вообразить, что справишься со мной? – не выдержав, заорал Дэнни.

Ривера кивнул.

– Да ты рассуди, – убеждал Келли. – Подумай, какая это для тебя реклама!

– Мне нужны деньги, – отвечал Ривера.

– Ты будешь драться со мной тысячу лет, и то не победишь, – заверил его Дэнни.

– Тогда почему вы не соглашаетесь? – сказал Ривера. – Если деньги сами идут к вам в руки, чего же от них отказываться?

"I will, so help me!" Danny cried with abrupt conviction. "I'Il beat you to death in the ring, my boy – you monkeyin' with me this way. Make out the articles, Kelly. Winner take all. Play it up in the sportin' columns. Tell 'em it's a grudge fight. I'll show this fresh kid a few."

– Хорошо, я согласен! – с внезапной решимостью крикнул Дэнни. – Я тебя до смерти исколочу на ринге, голубчик мой! Нашел с кем шутки шутить! Пишите условия, Келли. Победитель получает всю сумму. Поместите это в газетах. Сообщите также, что здесь дело в личных счетах. Я покажу этому младенцу, где раки зимуют!

Kelly's secretary had begun to write, when Danny interrupted.

"Hold on!" He turned to Rivera.

"Weights?"

"Ringside," came the answer.

"Not on your life, Fresh Kid. If winner takes all, we weigh in at ten A.M."

"And winner takes all?" Rivera queried.

Danny nodded. That settled it. He would enter the ring in his full ripeness of strength.

Секретарь Келли уже начал писать, когда Дэнни вдруг остановил его.

– Стой! – Он повернулся к Ривере.

– Когда взвешиваться?

– Перед выходом, – последовал ответ.

– Ни за что на свете, наглый мальчишка! Если победитель получает все, взвешиваться будем утром, в десять.

– Тогда победитель получит все? – переспросил Ривера.

Дэнни утвердительно кивнул. Вопрос был решен. Он выйдет на ринг в полной форме.

"Weigh in at ten," Rivera said.

The secretary's pen went on scratching.

"It means five pounds," Roberts complained to Rivera.

"You've given too much away. You've thrown the fight right there. Danny'll lick you sure. He'll be as strong as a bull. You're a fool. You ain't got the chance of a dewdrop in hell."

Rivera's answer was a calculated look of hatred. Even this Gringo he despised, and him had he found the whitest Gringo of them all.

– Взвешиваться здесь, в десять, – продиктовал Ривера.

Перо секретаря снова заскрипело.

– Это значит, лишних пять фунтов, – недовольно заметил Робертс Ривере.

– Ты пошел на слишком большую уступку. Продул бой. Дэнни будет силен, как бык. Дурень ты! Он наверняка тебя побьет. Даже малейшего шанса у тебя не осталось.

Вместо ответа Ривера бросил на него холодный, ненавидящий взгляд. Он презирал даже этого гринго, которого считал лучшим из всех.

 

Комментарии Олейникова Андрея
Study.ru
сентябрь, 2010

Курсы английского языка в BKC-ih
Сеть школ с Мировым опытом!

Гарантия!

Бесплатный пробный урок!

Индивидуальная программа

С любого уровня